номер 7, страница 139, часть 2 - гдз по литературному чтению 3 класс учебник Климанова, Горецкий

7.Подготовьтесь с другом к чтению по ролям рассказа «Цветок на земле». С какой интонацией вы будете читать слова деда? А слова Афони?

7.Подготовьтесь с другом к чтению по ролям рассказа цветок на земле. Какой интонацией вы будете читать слова Деда? А слова Афони?

Слова из текста

Слова автора:
Скучно Афоне жить на свете. Отец его на войне, мать с утра до вечера работает в колхозе на молочной ферме, а дедушка Тит спит на печке. Он и днем спит, и ночью спит, а утром, когда просыпается и ест кашу с молоком, он тоже дремлет.

Афоня: — Дедушка, ты не спи, ты уж выспался, (сказал нынче утром Афоня дедушке.)

Дедушка: — Не буду, Афонюшка, я не буду, (ответил дед.) Я лежать буду и на тебя глядеть.

Афоня: — А зачем ты глаза закрываешь и со мной ничего не говоришь? (спросил тогда Афоня.)

Дедушка: — Нынче я не буду глаза смежать, (обещал дедушка Тит.) Нынче я на свет буду смотреть.

Афоня: — А отчего ты спишь, а я нет?

Дедушка: — Мне годов много, Афонюшка... Мне без трех девяносто будет, глаза уж сами жмурятся.

Афоня: — А тебе ведь темно спать, (говорил Афоня.) На дворе солнце горит, там трава растет, а ты спишь, ничего не видишь.

Дедушка: — Да я уж все видел, Афонюшка.

Афоня: — А отчего у тебя глаза белые и слезы в них плачут?

Дедушка: — Они выцвели, Афонюшка, они от света выцвели и слабые стали, мне глядеть ведь долго пришлось.

Слова автора:
Афоня осмотрел деда, какой он есть. В бороде деда были хлебные крошки, и там жил еще один комарик. Афоня встал на лавку, выбрал все крошки из бороды у деда, а комарика прогнал оттуда — пусть живет отдельно. Руки дедушки лежали на столе; они были большие, кожа на них стала как кора на дереве, и под кожей видны были толстые черные жилы, эти руки много земли испахали.
Афоня поглядел в глаза деду. Глаза его были открыты, но смотрели равнодушно, не видя ничего, и в каждом глазу светилась большая капля слезы.

Афоня: — Не спи, дедушка! (попросил Афоня.)

Слова автора:
Но дедушка уже спал. Мать подсадила его, сонного, на печку, укрыла одеялом и ушла работать. Афоня же остался один в избе, и опять ему скучно стало. Он ходил вокруг деревянного стола, смотрел на мух, которые окружили на полу хлебную крошку, упавшую из бороды деда, и ели ее; потом Афоня подходил к печке, слушал, как дышит там спящий дед, смотрел через окно на пустую улицу и снова ходил вокруг стола, не зная, что делать.

Афоня: — Мамы нету, папы нет, дедушка спит, (говорил Афоня сам себе.)

Слова автора:
Потом он посмотрел на часы-ходики, как они идут. Часы шли долго и скучно: тик-так, тик-так, будто они баюкали деда, а сами тоже уморились и хотели уснуть.

Афоня: — Проснись, дедушка, (просил Афоня.) Ты спишь?

Дедушка: — А? Нету, я не сплю, (ответил дедушка Тит с печки.)

Афоня: — Ты думаешь? (спрашивал Афоня.)

Дедушка: — А? Я тут, Афоня, я тут.

Афоня: — Ты думаешь там?

Дедушка: — А? Нету, я все обдумал, Афонюшка, я смолоду думал.

Афоня: — Дедушка Тит, а ты все знаешь?

Дедушка: — Все, Афоня, я все знаю.

Афоня: — А что это, дедушка?

Дедушка: — А чего тебе, Афонюшка?

Афоня: — А что это все?

Дедушка: — А я уж позабыл, Афоня.

Афоня: — Проснись, дедушка, скажи мне про все!

Дедушка: — А? (произнес дедушка Тит.)

Афоня: — Дедушка Тит! Дедушка Тит! (звал Афоня.) Ты вспомни!

Слова автора:
Но дед уже умолк, он опять уснул в покое на русской печи.
Афоня тогда сам залез на печь к дедушке и начал будить его, чтобы он проснулся. А дед спал и только шептал тихо во сне неслышные слова. Афоня уморился его будить и сам уснул возле деда, прильнув к его доброй знакомой груди, пахнувшей теплой землею.
Очнувшись от сна, Афоня увидел, что дед глядит глазами и не спит.

Афоня: — Вставай, дедушка, (сказал Афоня.) А дед опять закрыл глаза и уснул.

Слова автора:
Афоня подумал, что дед тогда не спит, когда он спит; и он захотел никогда не спать, чтобы подкараулить деда, когда он совсем проснется.

Слова автора:
И Афоня стал ожидать. Часы-ходики тикали, и колесики их поскрипывали и напевали, баюкая деда.
Афоня тогда слез с печи и остановил маятник у часов. В избе стало тихо. Слышно стало, как отбивает косу косарь за рекой и тонко звенит мошка под потолком.

Слова автора:
Дедушка Тит очнулся и спросил:

Дедушка: — Ты чего, Афоня? Что-то шумно так стало? Это ты шумел?

Афоня: — А ты не спи! (сказал Афоня.) Ты скажи мне про все! А то ты спишь и спишь, а потом умрешь, мама говорит — тебе недолго осталось; кто мне тогда скажет про все?

Дедушка: — Обожди, дай мне квасу испить, (произнес дед и слез с печи.)

Афоня: — Ты опомнился? (спросил Афоня.)

Дедушка: — Опомнился, (ответил дед.) Пойдем сейчас белый свет пытать.

Слова автора:
Старый Тит испил квасу, взял Афоню за руку, и они пошли из избы наружу.
Там солнце высоко стояло на небе и освещало зреющий хлеб на полях и цветы на дорожной меже.
Дед повел Афоню полевой дорогой, и они вышли на пастбище, где рос сладкий клевер для коров, травы и цветы. Дед остановился у голубого цветка, терпеливо росшего корнем из мелкого чистого песка, показал на него Афоне, потом согнулся и осторожно потрогал тот цветок.

Афоня: — Это я сам знаю! (протяжно сказал Афоня.) А мне нужно, что самое главное бывает, ты скажи мне про все! А этот цвет растет, он не все!

Слова автора:
Дедушка Тит задумался и осерчал на внука.

Дедушка: — Тут самое главное тебе и есть!.. Ты видишь — песок мертвый лежит, он каменная крошка, и более нет ничего, а камень не живет и не дышит, он мертвый прах. Понял теперь?

Афоня: — Нет, дедушка Тит, (сказал Афоня.) Тут понятного нету.

Дедушка: — Ну, не понял, так чего же тебе надо, раз ты непонятливый? А цветок, ты видишь, жалконький такой, а он живой, и тело себе он сделал из мертвого праха. Стало быть, он мертвую сыпучую землю обращает в живое тело, и пахнет от него самого чистым духом. Вот тебе и есть самое главное дело на белом свете, вот тебе и есть, откуда все берется. Цветок этот — самый святой труженик, он из смерти работает жизнь.

Афоня: — А трава и рожь тоже главное делают? (спросил Афоня.)

Дедушка: — Одинаково, (сказал дедушка Тит.)

Афоня: — А мы с тобой?

Дедушка: — И мы с тобой. Мы пахари, Афонюшка, мы хлебу расти помогаем. А этот вот желтый цвет на лекарство идет, его и в аптеке берут. Ты бы нарвал их да снес. Отец-то твой ведь на войне, вдруг поранят его, или он от болезни ослабнет, вот его и полечат лекарством.

Слова автора:
Афоня задумался среди трав и цветов. Он сам, как цветок, тоже захотел теперь делать из смерти жизнь; он думал о том, как рождаются из сыпучего скучного песка голубые, красные, желтые счастливые цветы, поднявшие к небу свои добрые лица и дышащие чистым духом в белый свет.

Афоня: — Теперь я сам знаю про все! (сказал Афоня.) Иди домой, дедушка, ты опять, должно, спать захотел: у тебя глаза белые... Ты спи, а когда умрешь, ты не бойся, я узнаю у цветов, как они из праха живут, и ты опять будешь жить из своего праха. Ты, дедушка, не бойся!

Слова автора:
Дед Тит ничего не сказал. Он невидимо улыбнулся своему доброму внуку и пошел опять в избу на печку.
А маленький Афоня остался один в поле. Он собрал желтых цветов, сколько мог их удержать в охапке, и отнес в аптеку, на лекарства, чтобы отец его не болел на войне от ран. В аптеке Афоне дали за цветы железный гребешок. Он принес его деду и подарил ему: пусть теперь дедушка чешет себе бороду тем гребешком.

Дедушка: — Спасибо тебе, Афонюшка, (сказал дед.) А цветы тебе ничего не сказывали, из чего они в мертвом песке живут?

Афоня: — Не сказывали, (ответил Афоня.) Ты вон сколько живешь, и то не знаешь. А говорил, что знаешь про все.

Слова автора:
Ты не знаешь.

Дедушка: — Правда твоя, (согласился дед.)

Афоня: — Они молча живут, надо у них допытаться, (сказал Афоня.) Чего все цветы молчат, а сами знают?

Слова автора:
Дед кротко улыбнулся, погладил головку внука и посмотрел на него, как на цветок, растущий на земле. А потом дедушка спрятал гребешок за пазуху и опять заснул.

Слова Деда читать будем вдумчиво спокойно, медленно с сонным голосом. Слова Афони будем читать бодро, вопросительно. С удивлением. Его слова читаем быстрым темпом.