Задание, страница 38, часть 2 - гдз по 6 класс учебник Полухина, Коровина

Подготовьте чтение рассказа «Смерть чиновника» по ролям. Продумайте, как меняются интонации, эмоциональный накал речи персонажей на протяжении рас сказа.

Страница 38.

Учимся читать выразительно

Подготовьте чтение рассказа «Смерть чиновника» по ролям. Продумайте, как меняются интонации, эмоциональный накал речи персонажей на протяжении рас сказа.

Ответ:

"Смерть чиновника"

Рассказчик: В один прекрасный вечер не менее прекрасный экзекутор, Иван Дмитрич Червяков, сидел во втором ряду кресел и глядел в бинокль на «Корневильские колокола». Он глядел и чувствовал себя на верху блаженства. Но вдруг... В рассказах часто встречается это «но вдруг». Авторы правы: жизнь так полна внезапностей! Но вдруг лицо его поморщилось, глаза подкатились, дыхание остановилось... он отвёл от глаз бинокль, нагнулся и... апчхи!!! Чихнул, как видите. Чихать никому и нигде не возбраняется. Чихают и мужики, и полицеймейстеры, и иногда даже и тайные советники. Все чихают. Червяков нисколько не сконфузился, утёрся платочком и, как вежливый человек, поглядел вокруг себя: не обеспокоил ли он кого-нибудь своим чиханьем? Но тут уж пришлось сконфузиться. Он увидел, что старичок, сидевший впереди него, в первом ряду кресел, старательно вытирал свою лысину и шею перчаткой и бормотал что-то. В старичке Червяков узнал статского генерала Бризжалова, служащего по ведомству путей сообщения.

Червяков: Я его обрызгал!

Рассказчик: подумал Червяков.

Червяков: Не мой начальник, чужой, но всё-таки неловко. Извиниться надо.

Рассказчик: Червяков кашлянул, подался туловищем вперёд и зашептал генералу на ухо:

Червяков: Извините, ваше-ство, я вас обрызгал... я нечаянно...

Бризжалов: Ничего, ничего...

Червяков: Ради бога, извините. Я ведь... я не желал!

Бризжалов: Ах, сидите, пожалуйста! Дайте слушать!

Рассказчик: Червяков сконфузился, глупо улыбнулся и начал глядеть на сцену. Глядел он, но уж блаженства больше не чувствовал. Его начало помучивать беспокойство. В антракте он подошёл к Бризжалову, походил возле него и, поборовши робость, пробормотал:

Червяков: Я вас обрызгал, ваше-ство... Простите... Я ведь... не то чтобы...

Бризжалов: Ах, полноте... Я уж забыл, а вы всё о том же!

Рассказчик: Сказал генерал и нетерпеливо шевельнул нижней губой.

Червяков: Забыл, а у самого ехидство в глазах...

Рассказчик: Подумал Червяков, подозрительно поглядывая на генерала.

Червяков: И говорить не хочет. Надо бы ему объяснить, что я вовсе не желал... что это закон природы, а то подумает, что я плюнуть хотел. Теперь не подумает, так после подумает!..

Рассказчик: Придя домой, Червяков рассказал жене о своём невежестве. Жена, как показалось ему, слишком легкомысленно отнеслась к происшедшему; она только испугалась, а потом, когда узнала, что Бризжалов «чужой», успокоилась.

Жена: А всё-таки ты сходи, извинись,

Рассказчик: Сказала она.

Жена: Подумает, что ты себя в публике держать не умеешь!

Червяков: То-то вот и есть! Я извинялся, да он как-то странно... Ни одного слова путного не сказал. Да и некогда было разговаривать.

Рассказчик: На другой день Червяков надел новый вицмундир, подстригся и пошел к Бризжалову объяснить... Войдя в приёмную генерала, он увидел там много просителей, а между просителями и самого генерала, который уже начал приём прошений. Опросив несколько просителей, генерал поднял глаза и на Червякова.

Червяков: Вчера в «Аркадии», ежели припомните, ваше-ство,

Рассказчик: Начал докладывать экзекутор,

Червяков: Я чихнул-с и... нечаянно обрызгал... Изв...

Бризжалов: Какие пустяки... Бог знает что! Вам что угодно?

Рассказчик: Обратился генерал к следующему просителю.

Червяков: Говорить не хочет!

Рассказчик: Подумал Червяков, бледнея.

Червяков: Сердится, значит... Нет, этого нельзя так оставить... Я ему объясню...

Рассказчик: Когда генерал кончил беседу с последним просителем и направился во внутренние апартаменты, Червяков шагнул за ним и забормотал:

Червяков: Ваше-ство! Ежели я осмеливаюсь беспокоить ваше-ство, то именно из чувства, могу сказать, раскаяния!.. Не нарочно, сами изволите знать-с!

Рассказчик: Генерал состроил плаксивое лицо и махнул рукой.

Бризжалов: Да вы просто смеётесь, милостисдарь!

Рассказчик: Сказал он, скрываясь за дверью.

Червяков: Какие же тут насмешки?

Рассказчик: Подумал Червяков.

Червяков: Вовсе тут нет никаких насмешек! Генерал, а не может понять! Когда так, не стану же я больше извиняться перед этим фанфароном! Чёрт с ним! Напишу ему письмо, а ходить не стану! Ей-богу, не стану!

Рассказчик: Так думал Червяков, идя домой. Письма генералу он не написал. Думал, думал, и никак не выдумал этого письма. Пришлось на другой день идти самому объяснять.

Червяков: Я вчера приходил беспокоить ваше-ство,

Рассказчик: Забормотал он, когда генерал поднял на него вопрошающие глаза,

Червяков: Не для того, чтобы смеяться, как вы изволили сказать. Я извинялся за то, что, чихая, брызнул-с... а смеяться я и не думал. Смею ли я смеяться? Ежели мы будем смеяться, так никакого тогда, значит, и уважения к персонам... не будет...

Бризжалов: Пошёл вон!!

Рассказчик: Гаркнул вдруг посиневший и затрясшийся генерал.

Червяков: Что-с?

Рассказчик: Спросил шёпотом Червяков, млея от ужаса.

Бризжалов: Пошёл вон!!

Рассказчик: Повторил генерал, затопав ногами. В животе у Червякова что-то оторвалось. Ничего не видя, ничего не слыша, он попятился к двери, вышел на улицу и поплёлся... Придя машинально домой, не снимая вицмундира, он лёг на диван и... помер.